Bookbot

Человеческая комедия

Hodnotenie knihy

Viac o knihe

Уильям Сароян давно знаком читателям: он впервые очаровал своих героев, которые, казалось, призывают нас из мира сказок, где побеждают добро, любовь и человеческая сплоченность, в "Людской комедии". Сароян подходил к писательству так же, как и к жизни — как к захватывающему спортивному состязанию, в котором дело не только в конечной победе, но и в красоте и достоинстве борьбы, в том, чтобы полностью отдаться каждому мгновению и пережить его, несмотря на горькие моменты, с хорошим настроением и юмором. "Людская комедия" — это история Гомера, Одиссея и всей семьи Макаули и их друзей в калифорнийском Итаке в то время, когда на европейском континенте бушевала война. Это яркое прозаическое изложение авторского кредо: в каждом, даже самом обыденном, существовании есть нечто героическое и священное, нечто вечное. Сароян не боится обвинений в патетике, романтизме или сентиментальности. Он очаровывает нас наивностью, за которую мы в глубине души благодарны.

Nákup knihy

Человеческая комедия, William Saroyan

Jazyk
Rok vydania
1994
product-detail.submit-box.info.binding
(mäkká)
Akonáhle sa objaví, pošleme e-mail.

Platobné metódy

3,9
Veľmi dobrá
1167 Hodnotenie

Tu nám chýba tvoja recenzia

Titul
Человеческая комедия
Jazyk
rusky
Vydavateľ
Maister
Rok vydania
1994
Väzba
mäkká
Série
Prvé vydanie
1943
Pôvodný názov
The Human Comedy
Hodnotenie
3,85 z 5
Anotácia
Уильям Сароян давно знаком читателям: он впервые очаровал своих героев, которые, казалось, призывают нас из мира сказок, где побеждают добро, любовь и человеческая сплоченность, в "Людской комедии". Сароян подходил к писательству так же, как и к жизни — как к захватывающему спортивному состязанию, в котором дело не только в конечной победе, но и в красоте и достоинстве борьбы, в том, чтобы полностью отдаться каждому мгновению и пережить его, несмотря на горькие моменты, с хорошим настроением и юмором. "Людская комедия" — это история Гомера, Одиссея и всей семьи Макаули и их друзей в калифорнийском Итаке в то время, когда на европейском континенте бушевала война. Это яркое прозаическое изложение авторского кредо: в каждом, даже самом обыденном, существовании есть нечто героическое и священное, нечто вечное. Сароян не боится обвинений в патетике, романтизме или сентиментальности. Он очаровывает нас наивностью, за которую мы в глубине души благодарны.